Злодейский путь!.. [ТОМ 11] - Эл Моргот

обстоятельств. Однако теперь я думаю, что это воля судьбы, — продолжил Рун Юсон. — Хань Синь закрыла этих стариков, когда Ю Си собирался отрубить им головы. Почему? Я не представляю, что могло связывать ее с этой деревней.

— Хань Синь… — пробормотала слушающая их мастерица Йе.

— Вы ее знаете? — император впился в нее взглядом.

— Красивая молодая девушка путешествовала вместе со служанками и забрела в нашу деревню мно-о-ого лет назад, — припомнила старуха.

— И что потом? — с напряжением спросил император.

— Ну, она ведь уехала отсюда, не так ли? Очевидно, мы ничего ей не сделали. Жаль, что в ее охране не оказалось ни одного мужчины. Нам нужен был мужчина для свадьбы — не женщина. Это было так много лет назад… но с тех пор вы первые, кто забрел в деревню. Столько мужчин сразу, а свадьбу так и не удалось сыграть, — старуха грустно усмехнулась.

— Что еще произошло, пока Синь была здесь? — допытывался император. — С чего бы ее призраку защищать вас сейчас?

— Не думаю, что у нее был повод, — фыркнула старуха. — Мы ее толком не знали.

Император прикрыл глаза. Его губы превратились в тонкую линию, и он долго стоял, будто не в состоянии справиться с нахлынувшими эмоциями.

Шену еще не доводилось видеть эту его сторону. Признаться, до сего момента он подумывал, не этот ли человек убил ту женщину со скрюченными пальцами, что преследовала его в свете луны. Сейчас он усомнился в своих предположениях.

Он собирался спросить о Хань Синь, но император опередил его, задав другой вопрос:

— Она узнала, что деревня проклята?

Мастерица Йе переглянулась с молчаливым после ранения в шею мастером Чжао. Тот кивнул с напряженным видом.

— Она была искренней и милой девушкой, но оказалась в нашей деревне не так случайно, как могло показаться.

— Не случайно?

— Нет, — мастерица Йе грустно улыбнулась. — Она искала мастеров красного хлопка.

— Откуда она вообще узнала о красном хлопке? — удивился император.

Мастерица Йе усмехнулась.

— Вы, видно, не в курсе, однако около полувека назад мы были довольно популярны. Искусство красного хлопка передавалось в нашей деревне из поколения в поколение и многие благоговели перед нарядами, сшитыми нашими мастерами. Но все изменилось, когда мы приняли свой последний заказ.

Император переглянулся с Ю Си и вновь уставился на мастерицу Йе, которая, между тем, спокойно продолжала:

— Это был заказ на свадебное платье для будущей жены императора.

— Но ведь для этих целей служит императорский шелк.

— То был особый заказ. Свадьба госпожи должна была быть достаточно церемониальной, и вместе с тем главная жена не желала делить с ней один статус и признавать ее равной. Во всяком случае, так нам сказал человек, что пришел сделать заказ. Его приняла ткачиха Ци, и до сих пор именно она несет главную силу проклятья. Все мы помогали ей, не зная деталей. Мы славились как мастера, что благословляют одеяния. В наших одеждах молодых ждала благополучная и здоровая долгая жизнь. Но в тот раз мы поступили по-иному. Мы прокляли свадебный наряд. То, что случилось после — это наше проклятье.

— Что случилось?

— Проклятье сработало, и госпожа умерла. Деньги, что оказались в нашем распоряжении, не принесли нам счастья. Вскоре люди из деревни стали умирать один за одним, пока в живых не остались лишь мы пятеро — те, кто так или иначе был причастен к проклятым одеяниям. С тех пор мы не живем, но и умереть не можем. Я первая устроила посмертный брак для своей умершей дочери. С тех пор мы похоронили таким образом всех молодых. Это поможет им обрести покой в загробной жизни. Мы так виноваты перед ними. Они не должны были умирать так рано.

Слушающий рассказ Муан криво усмехнулся.

— Хань Синь приехала в деревню, потому что хотела разобраться в этой истории? — спросил император.

— Именно так. Она спрашивала обо всех, с кем нам довелось встретиться накануне тех давних событий.

— И вы назвали ей имена?

— Мы рассказали все, что знали. Ведь нам нечего скрывать. Мы никогда не отрицали, что виноваты в смерти наложницы Гуин. Хотели бы мы не создавать тот проклятой наряд.

На мгновение во внутреннем дворе воцарилась мертвая тишина. Затем император переспросил:

— Наложницы Гуин? — И голос его звучал странно надтреснуто.

Из-за этого тона Шена тут же посетила догадка, кем на самом деле являлась наложница Гуин для нынешнего императора.

Лицо мастерицы Йе помрачнело, хотя до сего момента она выглядела довольно самоуверенной.

— Мы не знали о том, кому именно предназначается наряд. Вести о том, что произошло, донеслись до нас незадолго до того, как на деревню опустилось проклятье.

Император молча смотрел на старуху. Никто долго не комментировал ее слов, и Шен не выдержал и вмешался, думая, что если он не выскажет эту мысль, все, похоже, не сочтут это чем-то важным:

— Вы не знали, кто именно пострадает от наряда. Однако вы прекрасно понимали, что станет с тем человеком, что наденет его.

Мастерица Йе перевела на него пристальный взгляд.

— Да, — спустя время коротко признала она. — Пусть мы не знали деталей сделки в самом начале, к концу приготовлений каждый из нас догадался о происходящем и мы обсудили детали своего… вознаграждения.

Шен криво усмехнулся.

— Не похоже, что вы раскаиваетесь в причастности к ее смерти. Скорее, вам жаль из-за проклятья, что вас постигло, — заметил он.

Мастерица Йе ничего не ответила.

— Что Синь узнала, когда побывала здесь? — прервал молчание император. — Кто был заказчиком того наряда? Это был император Рун Хуан?

Старуха покачала головой.

— У нас нет имени заказчика.

По внутреннему двору пронесся разочарованный выдох.

— Однако… — добавила старуха. — Сохранилась старая расписка. На ней есть печать. Ткачиха Ци взяла ее, полагая, что это ее обезопасит, — мастерица Йе усмехнулась. — Ее я показала той девушке.

— Немедленно принеси ее! — приказал император.

Старуха сделала шаг назад и неуверенно замерла.

— Ю Си, сходи с ней, — добавил Рун Юсон.

Пока они на некоторое время скрылись в доме, Шен с интересом еще раз обвел взглядом окружающее пространство. Во внутреннем дворе было довольно многолюдно. Без преувеличения вся их компания собралась здесь. Муан Эра выглядела напряженной, держась рядом с братом. Кажется, до нее стало доходить, что, оказавшись случайным свидетелем раскрытия давней придворной тайны, она наживет себе больше вреда, чем пользы. Однако отступать было уже поздно, а император не обращал никакого внимания на то, сколько лишних ушей слушают его разговор.

Ал был довольно невозмутим, и Шен не был уверен, осознает ли тот вообще важность происходящего. Впрочем, как и прославленный старейшина пика Славы, который просто молча стоял рядом с ним, как щит.

Из всех присутствующих самым беспокойным выглядел Ер-Рэн. Он то и дело крутил головой по сторонам с обиженным выражением лица. Увидев, что Шен смотрит на него, тот приподнял подбородок и с вызовом произнес:

— Чего пялишься?

Шен задумчиво отозвался:

— Я вот думаю, как вас двоих называть. Рэнер? Еррэн?

Ер или же Рэн или же оба вытаращились на него, будто тот посмел затронуть запретную тему. Шен между тем продолжил:

— Хм… Ерри. В общем, ничего не изменилось.

— Ты головушкой повредился, пока отсыпался? — елейным тоном поинтересовался Ер.

— Ты предпочитаешь нечто другое? — игнорируя вопрос, с любопытством уточнил Шен. — Может, еще думаешь, что кто-то сможет вас различать?

— Я предпочитаю, чтобы ты заткнулся.

Шен пожал